Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
Рассказчик: Деникин_А
По убыванию: %, гг., S ; По возрастанию: %, гг., S
Вчера ДУЛВРАК напомнил. Случай этот произошёл пару лет назад в Геленджике на пляже. Все знают такой аттракцион - вышка, с которой смельчаки, привязаные ногами к длинному тросу, бесстрашно бросаются вниз. Почти коснувшись воды, тело подбрасывается амортизатором и так раскачивается некоторое время. И вот забрался туда один отважный молодой человек. Совершенно белокожий. Видимо только приехал на море. Всё как обычно. Просит его не подталкивать и самостоятельно разогнавшись, бросается с вышки. Страшные крики и визги заставили всех присутствующих на пляже повернуть головы. Как там получилось неважно, но парня понесло не по обычной траектории, а на одну из опор вышки. Тело, ударившись, моментально обмякло и болталось пока его не сняли. Глаза его смотрели, но вряд ли видели. Насмерть перепуганные работники засуетились, понимая, что их бизнесу пришёл крах. Щедро поливаемый водой, пострадавший вдруг сел и говорит: - Что-то я не так прыгнул. Можно я бесплатно повторю прыжок? Ему разрешили прыгать до конца отпуска каждый день, сколько захочет.
В станице, где все друг друга знают, слухи летят гораздо быстрей распоряжений. Однажды, под вечер нахлынули покупатели. Все знали, что на следующий день магазин закроется на ревизию и неизвестно, на какой срок. Подтвердил слухи и мой завмаг Анатолий, велев назавтра, не пускать с утра покупателей, иначе их не выгонишь, когда придут ревизоры. Наутро, дабы избежать вопросов покупателей, почему закрыт магазин, я написал на листке фломастером «РЕВИЗИЯ» и приклеил эту бумажку на калитку магазина. - Ты, что, с ума сошёл? – заорал Анатолий, когда увидел моё объявление – ревизия будет внезапная! Когда в магазин пришли две тётки из бухгалтерии сельпо, на калитке красовалось объявление: «ВНЕЗАПНАЯ РЕВИЗИЯ».
Было это в те времена, когда "Москвич" автомобилем называли. Дабы собрать на футбол побольше зрителей и увеличить сборы, стали на стадионе сразу после матча разыгрывать лотереи. Все билеты, на все места являлись лотерейными. После каждого матча на зелёный газон вытаскивали большой барабан-лототрон, выносили и расставляли предметы розыгрыша и выкатывали главный приз - "Москвич - 2140". Барабан, наполненный бумажными листочками, крутили, дети доставали их и тут же оглашались места на которые выпадал выигрыш. Счастливые победители тут же спускались с трибун и, предъявив билет, получали выигрыш. Последним разыгрывался Москвич. Всё просто, открыто и честно. Единственное и главное условие - авто необходимо было получить в течении пятнадцати минут после тиража. В середине 80-х абсолютно всё было в стране дефицитом и этим условием исключалась возможность продажи выигрышного билета. Это новшество привело к тому, что билеты на футбол попали в разряд дефицита. В день продажи с утра в кассы выстраивались длюннющие очереди. Около сорока тысяч билетов распродавали в течении нескольких часов. Брали помногу, потому, что реально выигрывали телевизоры, ковры, холодильники и т. д. и пр. На полупустых трибунах народ сидел отдельными кучками с пачками билетов. Итак стоим, однажды, в очереди с другом и рассуждаем, сколько билетов брать. C ума сходить не собираемся. Лично мне и одного бы хватило. Не знаю ни одного случая, чтобы халява счастье принесла. Сошлись на двадцати на двоих. В общую кучу. Только подошла очередь, как подлетает какой-то мужик и просит пропустить его купить один единственный билет НА ФУТБОЛ. Возмущённая очередь орёт. Я мужика вроде не пускаю, но беру один билет лишний и в стороне продаю ему. Ну вот футбол. Мест свободных сколько угодно. Наконец тираж. Всё, что разыгрываеся уходит на другие трибуны. И вот, на поле рядом с барабаном остается только машина. Зачитывают. Трибуна наша. Наш сектор. Ряд наш. Держим веером билеты. Номер среди наших. Листаем, проверяем, но нужного билета нет. Вовочка мой просто осатанел. Итак всё ясно, но он, потрясая пустыми бумажками объясняет, что этот падла на нашем Москвиче уедет. Крутим головами, а мужика этого нигде поблизости не видим. Видимо болеет с другой трибуны. Диктор по стадиону просит главного победителя срочно подойти к тиражной комиссии. Народ не расходится. Всем интересно, кто счастливчик. Время идёт, но никто не идёт за "Москвичом". Меня все это ужасно веселит, а обезумевший, от внезапно свалившегося горя, Вовочка схватился за сердце и "на автомате" повторяет, что этот пидор и у него машину отнял, и сам не берет. Всё. Объявили, что время вышло и автомобиль "Москвич 2140" остался невостребованным. Через день в местной газете в разделе проишествий повилась заметка, в которой описали случай в трамвае. Один мужчина ехал на футбол. Подсел на трамвай на одну остановку. Зашла контролёр. У мужика билета на проезд не оказалось. Принципиальная тётка подняла хай. На остановке двери не открыли и вызвали милицию. Мужика вместо футбола отвезли в околоток. Там по телевизору вместе с ментами посмотрел конец футбола и тираж. Проверили билет, дружно охренели, но помочь уже не было времени.
В восьмидесятые годы мне часто приходилось проходить воинскую переподготовку. Причём всегда только в одном авиаполку. В каждый призыв я малевал различные стенды, общался со многими лётчиками и не только в ленкомнате. Знал практически всех. Недавно встретил тогдашнего знакомого служивого. Говорили недолго, но как-то одновременно вспомнили историю, с одним, тогда ещё старлеем. Однажды, в самый обыкновенный субботний вечер, автобус увёз несколько человек на аэродром. Самые обыкновенные ночные полёты. Каждый, кто в графике, взлетает, выполняет стандартные задания и на посадку. Не так уж неожиданно для осени, опустился туман. В небе старший лейтенант Валерий Дрынь. Диспетчер уточняет ситуацию и дает пилоту команду уходить на другой аэродром, в соседний полк. В полутора сотнях километров никакого тумана. Небо чистое до горизонта. Неожиданно ситуация делается чрезвычайной – Дрынь настоятельно просит разрешить посадку на свой аэродром. Вслепую. С командного пункта категорический запрет. Туман превращается в сплошное молоко. МИГ кружит над аэродромом и просит связаться с командиром полка и просить разрешения сесть по приборам. На тренажёре он, Дрынь, делал это десятки раз. Но, то тренажёр! Там катастрофы виртуальные… Все притихли. Через несколько минут, командирский Газик завозит взъерошенного полковника на аэродром. Тот садится рядом с диспетчером. - Дрынь, ты уверен? - Товарищ полковник, да не хрен делать. Я на свою полосу и без приборов сяду. С закрытыми глазами. Вот через пять минут увидите. - Ну давай, сукин сын. Сначала сядь, потом хвастай. - Захожу. Наливайте стакан. Едва ревущее мутное пятно промчалось по посадочной полосе все, кто был на полётах, кинулись вслед за истребителем. Ни пожарники, ни скорая не понадобились. Когда Валера предстал пред влажными очами командира, тот спросил – ну что взбрело так рисковать, но уговаривать, просить разрешения сесть при нулевой видимости! - Товарищ полковник, у капитана Николаева сегодня сын родился. Ну как я мог пропустить такое событие! Через несколько дней капитана Дрыня поздравляли с присвоением внеочередного звания.
Есть традиция - избавляться под Новый Год от ненужных вещей. У меня тоже появилась такая привычка. Отбираю барахло в течении года, как попадается на глаза что ненужное. Надоело мне постоянно разглядывать костюм. Был он в неплохом состоянии, но если пиджак стал просто тесноватым, то брюки можно было застегнуть только втянув живот и выпучив глаза. Новый костюм выбрал цветом похожий. Привычка. Носил нечасто, только на торжества какие. Старый пиджак тоже иногда надевал если там недалеко сбегать. Вот и висели они в шкафу оба с другими вещами. Как-то попался в руки целлофановый пакет специально для верхней одежды, чтобы не пылилась. Засунул я в него старый костюм прямо с вешалкой и повесил до Нового года. Пришло время, взял я костюмчик этот, захватил ещё кое чего из вещей и отправился к мусорным контейнерам. Как там что определил неважно, а костюм повесил как он был, в целлофановом пакете, на ограждение мусорное. И не было бы этой истории, если бы через три дня не этот самый Новый Год. Время уже – скоро провожать старый. Начинаю облачаться и, к превеликому ужасу, обнаруживаю, что под новым пиджаком, висят на плечиках старые брюки. Как я поменял брюки с пиджаками, в голову взять не могу. Сначала, горю моему не было предела, но с каждой рюмкой настроение улучшалось и к утру уже не осталось причин для печали. Первого января, как водится, отсыпался, а под вечер отправился к детям. Гостей было много. Не сразу, но рассказал, ка своими руками выбросил новый, считай, костюм. Самый дельный совет дала собственная дочка – с пиджаком отправиться по магазинам и искать брюки из такой же ткани. Или найти ткань, чтобы пошить на заказ. Когда засобирался домой, внук протянул мне файл, с подготовленным объявление о случайной утере брюк… В общем, просьба к новому обладателю костюма позвонить...и мой номер телефона. На утро взял скотч, это объявление и прилепил файл на тот самый забор, где в прошлом году оставлял вещи. Какая была вероятность я не знаю, но на следующий день, как песня, прозвучал звонок с незнакомого номера. На встречу к мусорным бакам я отправился прихватив старые брюки и сто рублей вознаграждения. Пожилая женщина, принесла мне весь комплект. Брюками мы поменялись, а от денег она отказалась, сославшись на то, что в кармане брюк денег было предостаточно.
Идея махнуть за грибами возникла вдруг, когда увидел за окном чистый рассвет. Поехали? Поехали! Сезон закончился. Дорога незагружена. Надо дозаправиться, в городе. На трассе сам не люблю и другим не советую. На городской заправке на выезде, пересмена. Ладно. Доедем до одной АЗС, которую помню по одной, очень давнишней телепередаче. На заправке совершенно пусто. Вставил пистолет. Спрашиваю оператора: - Честно, бензин у вас съедобный? А то по горам ехать. - Даже не сомневайтесь – отвечает мужик из окошка – не пожалеете. - Верю – говорю – я эту вашу заправку помню по телепередаче, которая была, дай бог памяти. лет шесть-семь назад. Просунул в окошко деньги и пошёл к машине. Колонка заурчала, шланг напрягся. Пока бензин бежал, ко мне подошёл оператор. - А что за передача была про нашу заправку? Я, нисколько не соврав, рассказал, что когда-то в местных новостях, был репортаж о рейде по краевым заправочным станциям. И хорошо помню, что из почти двух десятков проверок, единственной заправкой, с качественным бензином и с абсолютно честным счетчиком топлива, оказалась именно эта заправочная. Правда тогда колонок было поменьше и выглядело всё проще и скромней. Я иногда, при случае, тут заправлял машину сам и другим рекомендовал. Машина заправлена. - Стараемся - оператор заулыбался, и вдруг говорит; - Пистолет вставьте снова бак! И побежал в здание. К моему крайнему удивлению, колонка снова заработала и в бак долилось ещё два литра! Включился селектор и раздался голос оператора; - Теперь порядок! Счастливого пути вам! Бензин, действительно, оказался хороший.
История многолетней давности, которую хочется посвятить новоиспечённой полиции. В своё время, мне часто приходились бывать в Баку. Фрукты в долинах Азербайджана самые вкусные, а цветы самые красивые. И цены на них обозначены такие, что хочется купить все. Однажды, торопясь к какому-то празднику, решил я лететь домой самолётом. Билет в руках. До посадки минут пятнадцать–двадцать. В помещении аэровокзала продают цветы. Гвоздики, с кулак величиной, по сорок копеек за штуку. Протягиваю десятку и прошу семь штук. Получаю цветы и всё. Спрашиваю сдачи, но в ответ пожелание счастливо улететь. Повторяю просьбу, но продавец просто уходит. Стою, жду. Дождался. Он возвращается, но не сам, а с милиционером. Громче чем объявляют по селектору о рейсах, сообщает, что я украл у него гвоздики, платить не желаю и он меня поймал. Милиционер просит предъявить документы, кладёт мой паспорт с билетом в карман штанов и просит дать цветы. Протягиваю. Неожиданно, он захватывает мою руку с букетом и пытается заломить мне её за спину. Ну, чтобы это получилось, нужен как минимум ещё один такой же подонок. Мне достаточно напрячь руку и понемножку поворачиваться, и демонстрация приёма самбо превращается в идиотский танец. Мне часто в жизни везло. На этот раз, неожиданно помощь пришла со стороны свидетелей. Этот скандал происходил на глазах толпы пассажиров, ожидающих рейс на Москву. Вокруг нас образовалось плотное кольцо. Одна статная рыжеволосая женщина громко и чётко сказала, что если меня не отпустят сию же секунду, то она отложит свой полёт и вернётся к самому товарищу Алиеву, с которым рассталась два часа назад. Реакция была моментальной. Милиционер оставил мою руку и вместе с моим паспортом вытащил из кармана свой грязный носовой платок. Продавец тоже проявил сообразительность, достав червонец, сказал, что с меня денег не надо вообще, что это мне подарок. Мне оставалось подарить эти цветы своей спасительнице и поблагодарить всех посочувствовавших мне. И разлетелись мы в разные стороны. Дело совсем не в том, что это произошло в Баку. Это будни нашей милиции.
Был я как-то в Баку в командировке. Нахожусь в одном из отделов. Раздаётся звонок местного телефона. Ближе всех к аппарату сижу я и меня кто-то просит поднять трубку. Поднимаю и по привычке говорю: - Да. Долгая пауза. Наконец женский голос: - Вы, что приезжий? Я чуть не обалдел: - Как вы догадались? - Вы сказали "ДА", а наш народ говорит красиво "Да-а-а"
Только что начал читать историю zero_divider и сразу вспомнил, как в каком-то апреле начала 90-х был в Москве, по случаю ежегодной строительной выставки в Экспоцентре. Приехало нас трое. Остановились у общего хорошего товарища, который проживал на Садовом кольце, рядом с Курским вокзалом. Хозяин в ту пору был одинок и радушию его не было предела. Приехали в субботу, накануне Святой Пасхи. Накрыли замечательный, для четырёх мужиков, стол. Сколько брать водки вопрос даже не стоял – внизу, перед привокзальной площадью стояли киоски круглосуточной торговли. Один из нас – Саша - не пил. Из каких соображений он не пил, я так и не узнал, но он, улыбаясь, объяснял тем, что не пьёт он «до первой звезды» (тогда, если кто помнит, на эту тему реклама была). Ну нет, так и нет. Никто не неволит. Курящие выходили на балкон и любовались потоками машин в обе стороны Садового кольца. Как стемнело, оказалось, что напротив кинотеатр – горит неоновая реклама – ЗВЕЗДА. Зовем непьющего-некурящего Сашу. Читай, вслух, говорю, что написано? Читает - ЗВЕЗДА. Значит пора и тебе пить! Раз обещал, значит пора. А пить он, оказывается, умел большими порциями, что к полуночи поставило нас перед вопросом - кому бежать? Отрядили Сашу, тем более, что на тот период он был наиболее трезвым. Мне было не лень и я добровольно отправился с ним. У нас в стране как? Сегодня можно, а завтра нельзя, а через месяц, другой опять можно. Вот и оказалось, что в те дни, точнее, ночи, торговля алкоголем, после скольких там часов не помню, была запрещена. За соблюдением этого распоряжения зорко и с удовольствием следила милиция. Это в наши планы никак не входило, и мы стали тыкаться во все киоски по порядку. Какой-то очередной ларёк, до отказа заставленный ящиками и коробками со спиртным, оказался без продавца. Свет горит во всю, окошечко открыто. Стали мы туда кричать, звать хозяина. Слышим, приближающееся: - Здесь, здесь, здесь, здесь… И на повороте из-за кулис грохот. Продавец к нам очень торопился, зацепился за что-то, упал уже в торговое помещение и отключился. Стали мы его голосами поднимать, реанимировать. В ответ на наши крики оттуда, из подсобки, появляется капитан милиции. Видимо, он там контролировал режим торговли спиртным. Споткнулся об лежащего, подконтрольного продавца, но ухватился за прилавок и выстоял. Выпучил глазища, что-то мычит. Мы хором говорим о цели визита, мол водочка нужна. Капитан понимающе кивает, берет в руку первую попавшуюся водку и пытается протолкнуть её в амбразуру. Водка не пролезает, т.к. её, бутылочку, надо подавать вертикально, а он может только в лежачем положении. Засунул я туда свою руку и хотел развернуть его кулак с бутылкой, но он, вдруг, руку свою одернул и мычит, что так не получится, мол надо нам зайти сзади в дверь. Обошли мы магазинчик, стучим, а дверь открыта. Обстановка праздничная на двоих. Появляется наш капитан. Спрашивает – чего надо. - Водки хотим! Капитан с готовностью поднимает полкоробки с пластиковыми бутылками «Белого орла» и, со словами Христос Воскрес, валится в нашу сторону. Ловим его, спрашиваем – сколько с нас. Контролирующий мотает головой и произносит: - Ничего. Он мне должен. Я его застукал, когда он водку продавал.
У меня старая привычка – в кинотеатрах садиться в последнем ряду ближе к краю. Если фильм не нравится - выходишь в любое время почти незаметно. Да и легче переносить эти модные шумовые эффекты. Вчера, уже сидим. До начала «Милого друга» остаётся пару минут. Метрах в трёх, в проходе стоит симпатичная парочка. Девушка, вдруг, подходит к нам и показывает два билета: - Простите, вы не хотите поменяться с нами местами? У нас в шестом ряду, ближе к середине и гораздо дороже. Смотрим с женой друг на друга. Если просят, мы не против. Да и фильм не обещает быть шумным. Встаём, меняемся билетами. Непонятно в чём «фишка». Билеты с виду нормальные. Девушка поясняет: - Вы всё равно целоваться не будете.
В молодости была у меня такая кошачья история. Мы жили на квартире вместе с Анатолием, товарищем и сослуживцем. Номинально он был моим начальником и, одновременно, хозяином кошки. Кошка Масяня, которая жила с нами, не взрослая и не котенок. Подросток. Анатолий позволял ей всё. Даже воровать со стола. Однажды, мы сидели допоздна, работали с месячным отчетом, который утром обязаны были сдать в бухгалтерию. Я свою часть закончил и свалил спать. Толян оставался сидеть с бумагами, пересаживая Масю с колен то на стол, то на плечи, на голову… Уже за полночь он оставил все готовые документы на столе и лег спать. К утру Маська прилично нагадила на столе, вывозила все наши бумаги вперемешку с дерьмом, изодрала в клочья - играла с ними. Я, от ужаса и безысходности не представлял, что врать на работе, а невозмутимый Анатолий, засунул в пакет все документы, вместе с кошачьим дерьмом, взял Масяню за пазуху и мы поехали в контору. Только зашли в бухгалтерию, как главбушка сразу в лоб: - Отчет готов? Анатолий с гордостью: - А как же? … и достал из-под куртки Масяню. Все женщины завизжали от восторга, и кинулись гладить и хвалить котовского. А Масяня была, действительно, красивой, абрикосовой персиянкой. Когда страсти поутихли, Толян спросил: - вот как наказать эту прелесть, если она напроказничала? Все, наперебой, стали его убеждать, что такую прелесть наказывать нельзя. Тогда Анатолий развернул во всю ширь пакет и заявил: - вот готовый отчет, но эта прелесть за ночь привела документы вот в такое состояние. Хохот и вонь из пакета разнеслись по помещению и за его пределы. Даже главбух, когда отошла от хохота, дала нам еще два дня, чтобы восстановить отчёт.
Крещение ребёнка – настоящий праздник, на который собрались все самые–самые близкие. Сразу после обряда - скорей домой, за стол. На просторной кухне начались последние суетливые движения. Всё было приготовлено с утра или с вечера, но теперь всю эту снедь непрерывным хороводом понесли на стол. Что-то ещё нарезается, что-то приукрашивается зеленью. Всё румяные и красивые находятся в прекрасном расположении духа. Свекровь, не теряя времени, тщательно прибирает газовую плиту. В момент, когда на кухне столпилось несколько человек, она несколько громче необходимого окликнула невестку: - Ира, посмотри, твоя плита когда-нибудь была в таком состоянии!? И с гордостью оглядела присутствующую родню. Ира мгновенно подлетела и чмокнула свекровь в щёчку: - Конечно нет, мама! Одной рукой сняла чугунную решётку, а второй приподняла конфорку. Под конфоркой, на белой эмали, осталось траурное кольцо от утренней стряпни. И добавила: - Я тут обычно тоже мою…
Только что рассказали. История с огня. Для иного мужика ходить с женой на барахолку - смерти подобно, да ещё, когда нет нужды. Клянчила, клянчила жена и отправилась сама на рынок за шубой. До шуб не дошла, очень уж ей приглянулись зимние сапоги. Остановилась она, начала эти сапоги примерять. Нога на картонке. Молнию в первый раз застегнуть непросто. Сумочку, чтобы не мешала, отдала продавщице. А, когда еще только рассматривала сапоги, еще до примерки, ляпнула что-то насчет покупки шубы Когда натянула сапоги и выпрямилась, продавщицы уже не было. Вся в слезах, без сумочки, но в новых сапогах, возвратилась жена домой. Пока муж открывал дверь, бедняжка и вовсе разрыдалась. Рассказывала и ревела одновременно, а муж постепенно начал ржать. Жена притихла, забеспокоилась, начала волноваться, что с ним такое. Он ржет: - Так смеюсь второй раз в жизни. Помнишь, когда я смеялся? Когда ты, впервые, без мамы суп приготовила. И вот сейчас. И показывает пальцем: Вон, деньги ты на телевизоре забыла!
Только что по ТВ-3 закончилась передача «Сверхлюди среди нас». Один из героев сборника не боится высоты. Весь оснащённый датчиками, он делал стойки на руках на самом краю пропасти и спинке стула, установленном на краю крыши высотного здания. Вообще-то смельчаков, умеющих подавить страх высоты, немало, но у героя фильма, к удивлению медиков, при исполнении трюков на высоте совершенно не меняется ни частота пульса, ни кровяное давление, не меняется ни температура, ни потоотделение… С началом сюжета, сразу вспомнил историю тридцатилетней давности. Строительство девятиэтажки близилось к концу. Как водилось в те времена, Заказчик каждый выходной, отряжал команду работников в помощь строителям. Работа поручалась нехитрая – женщины мыли – подметали, мужчины носили. На крышу таскали утеплитель кровли - тюки с минватой, которую раскладывали по всей поверхности. На обратном пути выносили из здания строительный мусор и вообще всё лишнее. Конструкция крыши гарантировала безопасность всех, там находящихся, т.к. по всему периметру здания был выложен кирпичный парапет, высотой больше метра. Казалось бы, что тут даже инструктаж по технике безопасности ни к чему. Да, вот хренушки! Не первый день работал на стройке прикомандированный Саша П. Высокий симпатичный парень был предметом обожания многих девчат. Холостой и неженатый Саша к этому привык и без постоянного женского внимания не мог жить ни одной минуты. Он навьючивал на себя по два тюка стекловаты и, под восхищёнными взглядами соискательниц, бегал бегом, без передышки на крышу здания. И пришло ему в голову обратить на себя внимание окружающих не только силушкой, но и смелостью необычайной. Или глупостью. Начинался обеденный перерыв. Саша забрался на парапет, ограждающий крышу, и отправился по нему, по периметру дома. Увидел внизу выходящих из подъездов рабочих и, окликнув, заставил всех ужаснуться. Только и того, что успел обратить на себя внимание. Нелепо взмахнув руками, под леденящие визги зрителей, Саша полетел вниз. И пропал. Пропал из виду. Это надо было такому случиться, что «Икар», как его прозвали, влетел в кузов грузовика со стекловатой, который стоял внизу в ожидании разгрузки. Полёт был настолько точным, что Саша даже не зацепил ни один борт машины. В больницу его, всё-таки, увезли. К всеобщей радости, Саша оказался цел и невредим. Но в больнице полежать ему пришлось. Нырнув с тридцати метровой высоты, Икар буквально вонзился в тюки. Это сейчас минвата выпускается мягкая и пушистая, а тогда минвата называлась стекловатой потому, что представляла хаотическую массу мелких и острых стеклянных иголок. К Саше персонально приставили молоденькую практикантку медучилища, которая три дня пинцетом доставала из него эти стеклянные колючки. Через пару месяцев многие свидетели его полёта гуляли на их свадьбе.
Пятница. Приезжает ко мне на работу Фёдор. Всё бросай, собирайся на рыбалку, показали обалденное место. Далековато, но рыбалка того стоит. Рад бы всё бросить, но на работе был вынужден даже задержаться, а не то, что раньше свалить. Короче, выехали, когда солнышко уже садилось. Ехать действительно далеко. В полной темноте ищем нужную речку. Федя успокаивает, говорит, что ориентир очень простой – гребля (это на местном наречии земляной переезд через реку с трубами для прохода воды) с ограждением, таким, как обычно на мостах и сразу справа внизу самое замечательное место для рыбалки. Пока нашли эту грёбаную греблю, столько речек проехали, что можно было сто раз остановиться и наловить хоть чего-то. Но вот, наконец, Фёдор увидел знакомые перила моста, мы съехали на обочину и спустились вниз к воде. Речка широкая. Другого берега даже с фонариком не видно. Камыша нет и мы смело забросили все закидушки с макухой, повесили колокольчики и с чувством глубоко исполненного долга приготовили закусочку и под тёплую водочку стали ждать звоночков от рыбы. Клевать рыба почему-то не хотела и мы как-то незаметно уснули. Разбудил нас гул машин и их дурацкие клаксоны. Смотрю вверх на дорогу – почему-то многие притормаживают и чему-то радуются. Глянули на наши закидушки и просто охренели. Никакой речки нет до самого горизонта. Вдоль дорожной насыпи метров на 10-15 большая лужа после дождя, бескрайнее поле люцерны, куда заброшены наши закидушки. Из воды, если знаете, сматывать закидушки довольно просто, а из травы так просто не вытащишь, тут пришлось каждую сматывать, прогуливаясь через проклятую лужу, по полю метров пятьдесят и обратно. Интересно, что даже днём нужную речку мы так и не нашли. Нашли бахчу, купили у корейской семьи арбузов и узнали ориентировочную дорогу домой.
Попалась на глаза будка со скромной вывеской – «РЕМОНТ ОБУВИ». Зашёл спросить стоит ли ремонтировать мои башмаки. Зашёл – громко сказано. Скорей втиснулся. Мастерская снаружи размером всего-то метра два на два. Внутри - стойка буквой «Г». Клиентам остаётся пятачок формата А-2. Никак не больше. Мастер попросил показать обувь. Только я наклонился, чтобы снять с ноги ботинок, как открыл собственным задом входную дверь. Выпрямился – закрыл. Тесно. Интересно, что на стене мастерской висит, обязательный, в нашей стране, «ПЛАН ЭВАКУАЦИИ В СЛУЧАЕ ПОЖАРА» - квадратик со стрелкой на единственную дверь, которая открывается от прикосновения задом. Этот хитроумный план был, в своё время, подробно изучен, согласован и утверждён районной пожарной инспекцией. Легко догадаться, что не бесплатно. Кроме того, над единственной дверью, висит зелёное световое табло со светящейся подсказкой - «EXIT». Видимо, для поизносившихся иностранцев. Венчают эти противопожарные обязаловки три потолочных датчика задымлённости помещения. Нормы есть нормы. Три это минимум,. Это закон. Закон, незыблемый, как закон всемирного тяготения. Можно не объяснять, почему у несчастного мастера – инвалида, расценки на ремонт такие, что выгодней новую обувь купить, чем набить подмётки.
Старый особняк легко вмещал семь квартир. Внутренний двор с выездом на ширину ворот и калитки. Ворота запирались на ночь на замок обязательно или мной, или другим соседом, который имел «Москвич». Это в зависимости от того, кто приехал домой последним. Калитка тоже запиралась на простой засов. Все соседи имели также ключ от парадного входа, который был заперт всегда. С улицы двор не просматривался. Никто никогда ничего не прятал. Однажды открываю ворота, чтобы заехать во двор. Останавливается прохожий парень. Симпатичный такой армянин. Просит прикурить. Пока нагревается прикуриватель заезжаю во двор. Даю ему прикуриватель и закрываю ворота. Он тоже заходит за мной во двор. Уже прикурил, а уходить не собирается. Забираю свой прикуриватель и прошу его выйти. Предлагает купить импортную автомагнитолу. В те времена они только–только стали появляться у нас в стране. Мне она не нужна. У меня уже есть, хотя и не импортная - «Протон», но поёт. У других и такой нет. Он со двора никак не выгоняется и несёт что-то про западногерманский «Baltek» за полцены. В те годы он стоил баснословных денег. Говорит, а сам двор разглядывает. Начинаю злиться. Руками разворачиваю его и вывожу в калитку. Всё. И забыл. Через пару-тройку дней, в субботу будят меня соседи, мою машину обокрали. Сняли лобовое стекло, выдрали мой драгоценный отечественный магнитофончик, ну и кассет штук этак несколько прихватили. Бегом в нашу русскую народную милицию. Благо туда три квартала. Начинаю повествование. Дежурный прерывает меня и спрашивает, имело ли стекло моё какие-либо особые приметы. Приметы были, говорю – наклейка такая – надпись розовенькими буковками «Polsky Fiat 125», но едва ли похититель не догадается её содрать. Дежурный предлагает зайти в дежурку и опознать таковое. Захожу за барьер и вижу возле стены прислонютое моё лобовое стекло, и никто не содрал наклеечку. Счастливый, начинаю рассказывать о магнитофоне и кассетах. Этого, к сожалению, у них нет. Оказалось, рано утром группа рыбаков отправлялась на рыбалку заводским автобусом. Их очень заинтересовали двое молодых людей, которым повезло в пятом часу утра приобрести где-то ужасный дефицит всех советских времён – жигулёвское лобовое стекло. Остановили автобус поинтересоваться. Один парень не раздумывая, бросил сумку и кинулся наутёк, а второй инстинктивно, боясь разбить стекло, стал аккуратненько так прислонять его к забору. Эта задержка и позволила рыбакам подхватить его под белы руки и привезти вместе со стеклом в отделение. Вот так мне повезло. В девять меня представили подошедшему следователю. Я написал заявление о краже и рассказал о том, как третьего дня долго не мог распроститься с назойливым «продавцом импортных магнитол». Следователь спросил, смогу ли я опознать того продавца. Меня привели к обезьяннику и предоставили моему обозрению весь ночной улов ленинского РОВД. Никого похожего на того армянчонка, к сожалению не было. Отдельно попросили хорошенько рассмотреть худющего белобрысого парня. Его я точно видел впервые. Оказалось, что это был пойманный рыбаками похититель. Звали его Игорь Ручка. Парень был неплохим рассказчиком, ибо на следующий день меня пригласили в милицию на повторное опознание. На этот раз среди четырёх кандидатов я моментально узнал назойливого курильщика. Фамилия этого юноши была Геворкян. Имени - отчества не помню. Вечером ко мне домой пожаловала делегация от армянской диаспоры. От чистого сердца предлагали принять в дар немецкий магнитофон «Baltek», взамен «утерянного» милицией. Я в знак благодарности должен был забрать своё заявление о краже. Мне их предложение не понравилось. Я уверил их, что будет суд, а этот магнитофон я им посоветовал вернуть законному владельцу. Меня назвали дураком и хором покрутили пальцами у виска. На суде всё было подробно выяснено. Инициатором кражи и «разведчиком» был ранее судимый за разбой Геворкян. Ручка - его сосед по двору и подельник по краже, ранее не судим, никуда не убегал и сразу признался и сдал своего боевого командира. Но вот решение суда сильно пошатнуло мою веру в справедливость. Раскаявшемуся и ранее несудимому подельнику белобрысому Игорю Ручке дали шесть лет колонии, а ранее судимому брюнету Геворкяну, как инициатору - два года условно. Ущерб оба должны были выплачивать мне алиментами. Армянская диаспора громко похвалила советский суд, а во дворе суда Геворкян, отпущенный из-под стражи, поведал мне, что магнитофон, от которого я отказался, очень хорошо поёт в машине у судьи. В течение месяца я почтой получил извещение, что гр-н Геворкян признан какой-то комиссией недееспособным и никаких алиментов мне выплачивать не будет. А вот из республики Коми я долгое время получал приветы от Ручки. От трёх до пяти рублей в месяц.
К одному из первых моих чётких воспоминаний относится случай, произошедший в далёком 1953 году. Вся наша родня жила в одном большом дедовском доме постройки 18 века. Тётушка моя работала учительницей вечерней школы. Возвращалась с работы, очень поздно и поздно вставала. Ежедневно я приходил к ней и с нетерпением ждал, когда, наконец, она проснётся. У меня были для неё свежие новости, как мирового масштаба, так и местного. Все новости были ошеломляющими, но иногда случались такие вещи, что от нетерпения сообщить меня просто распирало. Так, смерть соседского кота Васьки для меня была первой смертью, с которой пришлось столкнуться. Это было настолько новое и непонятное явление, что всем взрослым, в то утро приходилось объяснять мне, что такое смерть. В этот день, я еле дождался пробуждения тёти и сразу же сообщил: - Доброе утро. Васька умер! К моему великому сожалению, новость эта не потрясла её так же сильно как меня. К тому же, она поправила меня, что хотя Ваську и жалко, но правильно говорить не умер, а сдох - мол, не велика была персона. Через пару дней следующая смерть. На этот раз я её буквально шокировал: - Доброе утро. Сталин сдох! Какая была реакция!
Установил на даче антенну. На самом коньке крыши. Направление выбрал примерно как у всех. Поскорей слез. Колени трясутся - с детства боюсь высоты. Две программы показывают сносно и ещё три-четые еле-еле. Никого близко нет, все в городе под кондиционерами. Наконец через неделю вижу - на соседнем участке бабуля ковыряется. Прошу её зайти ко мне в дом и подсказать когда изображение будет хорошим. Жара нестерпимая, а уж на крыше вообще пекло. Поворачиваю эту заразу туда- сюда. Тишина. Как дела? - кричу. Наконец бабкин голос: - Всё, слазьте. С облегчением ползу по раскалённой крыше к лестнице. Спускаюсь. Бабуля в дверях: - Посмотрите, по-моему намного хуже стало...
История, о подключении к телефонной будке далеко не единичная во времена всеобщего дефицита. Абоненты – нелегалы, даже знакомились с мастерами на участке и, за определённую мзду, узнавали «свои» номера. Подключался народ не только к тоненьким телефонным и электрическим проводочкам. В те же 80-е годы, однажды газифицировали один район. Частный сектор. Длинная траншея тянулась вдоль улицы. Народ платил только за подключение от центральной трубы, во дворы, к своим домам. Конечно, дорого, но газ есть газ и иметь его в доме хотели все. Но не у всех была возможность платить такие деньги. Или желание. Когда, вдоль траншеи растянули трубы, один умный жилец плотно поднасел на прораба и стал доставать того просьбой подключить его дом натихоря, без проекта и прочей бумажно - денежной волокиты. Действительно, если дом не будет числиться, как газифицированный, то никто, никогда не зайдёт проверять исправность газового оборудования. Наконец, прораб сдался и объявил сумму. Когда ударили по рукам, прораб велел ночью самостоятельно прокопать траншею от забора по двору до дома, проложить и засыпать хорошо заизолированную трубу нужного диаметра. Вскоре, закопанная труба стала дожидаться врезки. Вот пришёл день, когда газовики, работая на соседних участках, задержались дольше обычного. Взяв в руки лопаты, они быстренько прорыли траншею от центральной ветки до забора и под забором до дворовой трубы. Сварка заняла несколько минут. Так же быстро траншею засыпали и даже тротуару вернули первоначальный вид. Когда дали газ, праздник был в домах не только у официальных абонентов, но и у С. - самого умного жильца района. Вот только месяц спустя, голубой огонёк в его доме неожиданно скис, а там и вовсе потух. Встревоженный хозяин забегал по соседям, поглядывал на их газовые плиты. У всех всё нормально. Непонятно. Помучался какое-то время, поплевал на ладони и взялся за лопату. К великому изумлению, между тротуаром и трассой газопровода, на небольшой глубине, был обнаружен бытовой газовый баллон. К сожалению, требующий заправки. Говорили, что тогда об этой истории написали даже в какой-то центральной газете.
Борьбу с собственным населением, в нашей стране, не прекращало никогда ни одно правительство, начиная с октября 17 года. Менялись формы, методы и масштабы. В восьмидесятые годы был период одной из форм геноцида, когда тогдашний Генсек Горбачёв, со своими подсказчиками Лигачёвым и Лукъяненко, объявили непримиримую борьбу с пьянством. Спиртное было запрещено практически вообще. Появилось выражение «ОДЕКОЛОНЫ ПИЩЕВЫХ СОРТОВ». Резко участились случаи отравлений спиртосодержащими жидкостями. Пошло по стране мнение о необходимости переименовать город Винницу в Чайницу. Даже работники партийных и советских органов, отправляя своих водителей в гастрономы и на базы, требовали от них строжайшей конспирации, потому что сами они пить не прекращали, а сдавали друг друга с превеликим удовольствием. Очень поощрялись в СМИ безалкогольные свадьбы и похороны. Спиртное предварительно разливалось в чайники и кувшины для компотов. В осиротевшие, полупустые рестораны и кафе врывались наряды милиции и зорко следили за посетителями, которые пили из чашек чай и закусывали его квашеной капустой. Обычно они выбирали один-два столика и делали проверку содержимого чайников и кувшинов. Издевательства всегда поводились по стандартному сценарию. Напоминали людям о действии Высочайшего Указа, запугивали арестом и различными видами расстрелов и конфискаций. С показным раздражением, выдёргивали свои руки из ласковых объятий несчастных пленников и, наконец, к великому облегчению всех присутствующих, брали взятки и отправлялись к местам очередных поборов. Во всех организациях, в обязательном порядке всех добровольно– принудительно записывали в так называемые «общества трезвости». Выбирали и вожаков этих сборищ – Председателей обществ трезвости. На нашем заводе выбор почему-то пал на меня. Видимо моя природная отёчность подсказывала заводскому активу, что я своё уже выпил и могу со спокойной совестью читать людям идиотские лекции на тему «ужасного вреда алкоголя на хилые организмы советских людей, в свете решения антинародного правительства». На первую лекцию собралось не более двадцати человек. Это при списочном составе более четырёхсот. Глаза мои виновато бегали то по несчастным лицам присутствующих работников, то перескакивали на дурацкую инструкцию, выданную ленинским райкомом партии. Язык с трудом поворачивался во рту. Очень непростое это дело – находясь в трезвом уме и полной памяти говорить людям глупости. Чтобы как-то пробудить народ от лекционной спячки, потихоньку стал делиться своим личным мнением о том, что если уж пить, так то, что сделал сам. Сам я, за короткий срок, освоил технологию изготовления абсолютно чистого пшеничного спирта. Из него я делал водочку, на порядок лучшую «монопольки». Вот и пообещал в следующий раз поделиться знаниями. Через неделю я был обрадован необычно большой явкой. Почти половина зала была заполнена слушателями. На этот раз лекция началась легче, даже как-то веселее, а уж когда я постепенно перешёл на технологию в интерес к лекции превзошёл все мои ожидания. В этот день я ограничился только объяснением технологии изготовления бражки. Народ домой не особенно спешил и меня стали просить закончить антиалкогольный курс в этот же вечер, не откладывая на неделю. В следующий четверг зал был полон. А тут прибыли проверяющие из райкома партии. Они откровенно были поражены битком набитым залом. Почти все присутствовавшие имели ручки и тетрадки. Делились друг с другом листками для записи. Ломали пополам карандаши. Сияя от удовольствия я начал рассказывать, своей понимающей аудитории, сказку о белом бычке, который ежедневно напивался так, что на утро не мог идти на работу. Допился до цирроза печени. Потерял работу, семью и т. д. и т. п. Когда удовлетворённые райкомовские гости покинули актовый зал, народ стал просить повторить содержание предыдущей лекции. Пришлось опять объяснять, как правильно выбирать пшеницу, в каких условиях и как её проращивать, как готовить бражку. Далее речь пошла о способах перегонки в домашних условиях, о необходимости второй перегонки, способах очистки спирта и наконец о рецептах изготовления водочки. Практических занятий я, по понятным причинам, не проводил, но через пару недель, некоторые благодарные слушатели стали приносить мне на работу результаты своих домашних практикумов, на предмет оценки качества. Спустя несколько лет, когда в магазинах появилось всего вдоволь, встретил я одного бывшего работника завода – Владимира Ф., члена тогдашнего общества трезвости. Каково было моё изумление, когда я услышал, что после моих лекций он попробовал сварить собственную самогонку и не оставил этого занятия до сих пор. Его водка по качеству лучше водки многих производителей, а её себестоимость гораздо ниже цен магазинного ассортимента. Оглядываясь через годы, улыбаюсь - приятно думать, что по факту моих «лекций» никуда, никаких сигналов не поступало. Меня никто тогда не сдал.
Такие замечательные осенние дни. Больше похоже на сентябрь-октябрь. Четыре выходных. Отправились с друзьями в горы, в Гузерипль. Бывали там не раз. На самой вершине горы Монах родник с чистейшей водой. Правда, восхождение не самое простое. Полкилометра довольно крутого подъёма когда-то одолевали за три часа, а сейчас посмотрим. Машиной доехали до каких-то строений. Раньше тут никто не проживал. Но в последние годы пошла мода «приватизации» земель. Местные чиновники, наперегонки с бандюками федерального уровня, лихорадочно столбят под дачи гектары лесов. Местные строители пообещали полную сохранность машины. Пока беседовали с мужиками, нам заглядывал в глаза и дружелюбно помахивал лохматым хвостом, симпатичный пёсик. А уж когда его угостили конфетой, он всем своим видом дал понять, что он друг навеки и вызвался сопровождать нас. Путь ему был явно знаком. Он легко убегал вперёд, поджидал нас. Иногда не ленился и бежал назад, к отстающим. Когда останавливались перевести дух, наш лохматый проводник почти не отдыхал. Было интересно – когда ему надоест покорять вершину. Оказалось, что он честно шёл с нами до конца. Предположили, что пёс намерен принять участие в ужине с шашлыками. Последние метры сильно растянули нашу компанию. Только чудовищная жажда тянула к роднику и заставляла переставлять налитые чугуном ноги. Лидером, как и ожидалось, оказался пёс, причём без видимых признаков усталости. Победитель справедливо получает всё. Забежав на вершину, эта псина стала торопливо лакать долгожданную влагу, а родника там, ну… лужица с миску размером. Желание животного утолить жажду вполне понятно. Но, похлебав водицы, эта подлая псина, на наших глазах повернулась вполоборота к родничку и с удовольствием справила туда малую, простите, нужду. Под наши вопли, пёс отбежал в сторону, оценил ситуацию и не дожидаясь смерти, помчался прочь. Когда на следующий день мы спустились к машине, собаки не было. Спросили рабочего. Тот покрутил головой туда-сюда – а хрен его знает, только что тут крутился.
Собрался я как-то в командировку. Включил таймер телевизора на 4-00 и ВЫКЛ на 4-15. Звук, естественно, погромче. Ровно в 4 утра телек заорал какой-то ночной программой, я вскочил и моментально выключил его. Схватил собранные с вечера вещи и уехал на неделю. Когда вернулся домой, меня моментально окружили "благодарные" соседи. Каждое утро мой телевизор ровно в 4 часа включался, орал 15 минут и, разбудив пол дома, выключался.
Жил я в первой своей квартире в самом историческом центре. Квартира была коммунальная в старом, дореволюционном особняке. Однажды, в соседний двор заезжала мебельная машина и выломала из угла моей квартиры несколько кирпичей. Короче, получил я лишнее окошко в спальной. Звоню в «ЖЭК – Потрошитель». Бесполезно. Звоню через день.. Захожу в ЖЭК. Пообещали на неделе проём заделать. С ЖЭКовскими обещаниями и с одеялом в дыре прожил больше двух месяцев. Тогда я не поскупился и купил репродукцию - красочный цветной портрет любимого Генсека Брежнева. Когда стемнело, поставил лестницу и закрыл эту безобразную дыру приобретённым плакатом. По понятным причинам я волновался и торопился и, наверное, поэтому портрет был прибит как-то неаккуратненько. Сложно было попадать гвоздями в швы кладки. Несколько гвоздей угодили в голову вождя, да и дыра, всё-таки проглядывала из-под плаката. Утром, уходя на работу, с гордостью посмотрел на дорогое лицо, правый глаз которого смотрел на север, а левый на запад. А уже вечером такой красивый портрет исчез. Дыра была заложена кирпичом и оштукатурена. Осталось побелить.
Tony Cameron напомнил. Рассказывал очень близкий родственник не только очевидец, но и участник. Не только рассказывал, но есть и фотографии. Только случай ужасный, конечно. Советское время. В Гальском районе тогдашней Грузии шло строительство Ингури ГЭС. Горы. В монтаже опор высоковольтной ЛЭП учавствовал наш экипаж МИ-8. Этот вертолёт до сих пор, по праву, считается одним из лучших вертолётов. В труднодоступные места доставляли элементы опор и контейнеры с крепежом. Груз прицеплялся на внешней подвеске и опускался при снижении машины, но мог быть и сброшен экипажем одним нажатием гашетки. Ну это только в крайнем случае. Все элементы крепежа были производства, тогда ещё, Югославии и стоили громадных денег в валюте. Работали уже несколько дней, но привыкнуть к очень сложной местности и к постоянно меняющимся воздушным потокам невозможно. Были всё время настороже, и на мандраже. И не зря. Во время одного из полётов над глубоким ущельем машину резко швырнуло вниз. Поток был настолько сильным, что инженер, сидящий "на гашетке" моментально сделал аварийный сброс. Контейнер полетел в извивающуюся внизу ленту реки, а вертолёт, резко изменивший свой вес, швырнуло в сторону, ударило об скалу и, с кучей камней, он стал скользить по наклонной стене вниз. Далеко, к счастью, не полетел. "Уселись" на на неширокий уступ, из которого росло большое корявое дерево. Как подымали экипаж не важно. Травмы у всех разные, но все живы. До сих пор хранятся, как память, ботинки шурина без каблуков - оторвались во время аварии. Как водится, былы создана правительственная комиссия их авторитетных специалистом и, конечно, представителей КГБ. Склонились к мнению, что была ошибка экипажа, а именно виной послужили действия инженера, неожиданно сбросившего груз. Не верилось никому, что нисходящий поток мог так сильно швырнуть многотонную машину. Для полной убеждённости решили сделать несколько пробных полётов по тому же маршруту. Во время первого полёта вертолёт камнем упал в пропасть. Никто из экипажа и из членов комиссии, находящихся на борту не выжили. Обвинения с уцелевшего экипажа были сняты. Разумеется, в те времена о таких вещах не сообщали.
Понравилась вчерашняя новогодняя история. Пришла мысль, что, в большинстве своём, все новогодние истории, скорей поучительные, чем смешные. Встречали Новый, кажется 2000-й, год на даче друзей в предгорье, Старая большая компания. В доме - спасибо хозяевам, тепло со вчерашнего дня. Дом с удобствами. Настроение отличное. Несколько раз проводили старый год. Дождались боя курантов, Встретили, поздравили и высыпали во двор, запускать ракеты. Все стоят шеренгой, по-над стеной. Салют это всегда здорово. Очень красиво - спору нет. Дошла очередь до большой кассеты. Хозяин воткнул в снег палки, на которых держалось праздничное орудие. Поджёг и бегом к нам, в "зрительный зал". От первого же выстрела, вся кассета вдруг упала и почему-то именно в сторону публики. С периодичностью в пару секунд, эта китайская зараза начала безжалостный ракетный обстрел. Заорав "Ложись", я повалил кого-то из женщин в снег и рухнул рядом. Под грохот выстрелов и женские визги, одни повалились, кто-то помчался по сугробам подальше от места расстрела и только одна дама "не растерялась" - отвернувшись от этого орудия, наклонилась и, почему-то, закинула полы расстёгнутой дублёнки себе на голову. Очередной выстрел... и ракета находит эту единственную неприкрытую цель. Её вопль, наверно, услышала вся страна. От удара, поражённая мишень упала-таки носом в снег, что обезопасило её от дальнейших попаданий. Все отражённые от стены, ракеты весело рассыпали разноцветные искры и мотались над зарытыми в снег телами. Запускать следующие ракеты многим расхотелось. Когда зашли в дом, всем было интересно посмотреть на результат попадания. Хорошо, что выстрел пришёлся не в "яблочко", а в правую мякоть мишени. Приличный ожёг на громадной гематоме чем-то помазали. Лена была счастлива, что спасла дублёнку. Через час она уже танцевала. Только вот пила-ела стоя.
Спасибо, morcowkin. Напомнил тут студенческие времена. На стройфаке есть такая дисциплина – Теория упругости. Вкратце, это область сопромата, уже когда материал не может достойно сопротивляться нагрузке и как он ведёт себя при разрушении. Рассказывать и объяснять абсолютно нечего. Только дикие формулы и формулы. Курс вёл высокий, красивый молодой человек по фамилии Дунаев. Эдакий Ален Делон, только покрупней. Носил шикарные костюмы, яркие галстуки. На девчат наших смотреть было больно, когда Дунаев заходил в аудиторию. Заходил, приветливо здоровался. Вместо переклички немного рассказывал о Париже, Стокгольме и прочих столицах, куда ему приходилось «мотаться» на различные конференции. С ехидцей спрашивал, на чём остановились на прошлой лекции. Нормальным людям не понять было на чём остановились и спотыкаясь диктовали ему из конспектов последние формулы. Дунаев подхватывал и, на память, чесал дальше. Вот и сессия. Пришло время сдавать теория упругости. Конспекты были у всех, но что по ним рассказывать на экзамене неизвестно. Старшекурсники успокаивали и уверяли, что Дунаев – лапочка. Время экзамена. «Лапочки» нет. После часа ожиданий подъезжает на Волге наш Дунаев. Просит прощения и велит всем сразу зайти в аудиторию. Прошагал между рядами и раздал билеты. Сообщил, что отойдёт на пол часика. Категорически запретил пользоваться учебником. Конспектами – пожалуйста. Прошёл час, второй, третий. Всё все сто раз выучили накарябанные формулы. Мандраж сменился усталостью. Разбрелись в ожидании. Наконец, Волга приехала. Все успели подготовиться? – спрашивает. Все – загудели мы хором и почувствовали, что мандраж вернулся. Значит так, - говорит Преп – те, кто чувствует, что знает на пять, садится в первый ряд, кто не уверен – размещайтесь за вторыми столами, а если кого устроит троечка – будьте любезны, на последний ряд. Все, как по команде ринулись на последний ряд и буквально поприлипали к задней стене комнаты. Что-то мне подсказало и я, внаглую, сел за стол Дунаева, лицом к нему. - Вы уверены в своих знаниях? - Конечно - отвечаю. - Я рад за вас. Вашу зачётку. И ставит мне «отлично». Шум, грохот – половина группы рванула за первый стол. Когда утихомирились, Дунаев спросил, кто следующий, отложил исписанный лист взял наугад, другой билет. Естес-сно, тот ни в зуб ногой. Вам неуд – объявляет «Лапочка». Все с первого ряда, вновь меняют дислокацию на прежнюю. Все успокоились? Теперь так, – объясняет новые правила Дунаев, - Вызываю всех по списку. Всем ставлю «хорошо», кому мало - приходит завтра. Все довольные и спокойные быстренько стали подходить и получать обещанные чевёрки. Экзамен закончился. Но несколько человек к столу не подошли. Покажите ваши зачетки, попросил Преп. Посмотрев на оценки за прошлые сессии, кое-кому поставил пятёрки - Тот студент, что не сдал, не ушёл? Верните его! Тройка устроит? – спрашивает Преп. - Да, спасибо. Дунаев удовлетворённо улыбается и ставит ему «хорошо».
В супермаркете очередь к кассe. Я уже выложил свои покупки. Передо мной женщина сортирует на чёрной ленте свои бесчисленные пакеты-коробки. Между нами пацанёнок – её сын, ростом чуть повыше стойки. Тянет шею, восторженно глядя, как кассирша сканирует товары. Вдруг он, случайно, наступает мне на ботинок. Я смотрю на его лохматую макушку и молчу, жду, когда он сам почувствует, что стоит на чужой ноге. Но малыш, вдруг, пристраивает рядом вторую ногу, причём, чуть, повыше первой, а руками удерживается за край стойки. - Э-э-э, - говорю – приятель! Может, с ноги моей сойдёшь? Хлопчик, не меняя позы, заставляет маму обернуться и покраснеть: - А мне, тогда, плохо видно!
Итак,что мы имеем с жеребьёвки - Алжир, Бельгия, Корея, Россия. Конечно, лучше бы вместо Бельгии достался Гондурас, но два Гондураса в одной группе, это было бы слишком...
Весело встречали праздники в советские времена. Духовые оркестры и буфеты были буквально на каждом углу. Люди, нарядные и красивые, в приподнятом настроении шли на демонстрацию. Все трудовые коллективы собирались в определённых местах, где в ожидании старта разминались кто беленькой, кто красненьким. Лица, ответственные за организацию колонн, со скандалами, раздавали флаги, транспаранты, портреты вождей, и выстраивали свои команды в колонны, которые вскоре вливались в общий стройный людской поток. Все шагали по центральной улице города к трибуне, на которой их приветствовали партийные и советские руководители. Однажды, мне пришлось быть ответственным за организацию колонны коллектива нашего завода. Ясным первомайским утром мы с водителем грузовика погрузили на заводе флаги, портреты, транспаранты с актуальными текстами и самое главное – большую, но лёгкую сварную конструкцию на трёх велосипедных колёсах. Это, так сказать, визитная карточка завода. Крупными буквами - название завода и огромный пенопластовый диск – профиль Ленина. Конечно, несколько странно, что завод носил имя совсем другого хорошего человека, но профиль – портрет был почему-то Ленина. Не все инструкции и требования партийных органов были всегда понятны нормальным людям, но выполнялись неукоснительно. Итак, загрузив весь необходимый реквизит, мы отправились к месту сбора. Вот и прибыли. Выхожу из кабины, бросаю взгляд на кузов грузовика, и земля уходит из-под ног. Не вижу в кузове нашего Ленина! Водитель – ногу на колесо и мгновенно оказывается наверху. Стоит с раскрытым ртом – нет тележки с дорогим лицом и названием завода. Забыть никак не могли. Без этой вывески всем работникам завода делать на демонстрации нечего, со всеми отсюда оргвыводами. Моментально выбрасываем из кузова остальные атрибуты демонстрации и мчимся обратно. Нас не везде пропускает милиция – разъезжаться разрешено только после окончания демонстрации. Наконец выехали из центра и мчимся по той же дороге, но в обратном направлении. Ура! На одном из перекрёстков вижу на тротуаре драгоценную коляску с дорогим лицом. Двух колёс уже нет, а три пацана, лет по десять–двенадцать, снимают последнее колесо. Подбегаю к ним. - Прикручивайте на место – кричу – остальные колёса где? Молчат. - Да ваших родителей посадят. Соображаете? Сообразили моментально – побежали в разные стороны. Одного поймал я, ещё одного водитель. Третий остановился, оглянулся и, перейдя на шаг, изменил направление движения. Открывает калитку и моментально выносит со двора два, самых красивых в мире, велосипедных колеса. Это уже немного не те колёса. Те были ровные и вращались строго в одной плоскости, а эти при вращении какую-то ламбаду танцевали. Но это уже было не так важно. Пока прикручивали колёса, моё настроение опять было испорчено. Ленин-то, вождь наш бессмертный, выпрыгнув на ходу из кузова автомобиля, сильно пострадал. Проехав пенопластовой мордой по асфальту, он настолько изменил внешность, что пускать его такого на демонстрацию было просто опасно для собственной жизни. Решение пришло мгновенно. Раскрутив проволоку, которой дорогое пенопластовое лицо было прикручено к конструкции коляски, разворачиваю его на 180 градусов, и теперь он выглядит в сто раз лучше, только смотрит по ходу движения влево. Но ретушь всё равно нужна – места прежних контактов с конструкцией выделяются ржавыми полосами. Выручают пацаны. Через две минуты передо мной большая куча белоснежных палочек мела. Где-то с минуту уходит на макияж, пацаны получают денежное вознаграждение - трояк, и с удовольствием помогают погрузить нашу коляску на машину. Всё это время я не смотрел на часы, но, видимо, ангел-хранитель помог мне. Мы успели. Через несколько минут наш коллектив слился с общей колонной. Впереди, отвернувшись от трибуны, катился, танцующий ламбаду, Ленин.
Наблюдал такую картину: Подъехал грузовик. Вышел водитель – крупный мужчина лет сорока и пассажир - невысокий, щуплый парень. Оба кавказцы. Выяснили свои вопросы, сели в кабину уезжать, а мотор не заводится – сдох аккумулятор. Водитель достаёт «заводилку», вставляет в гнездо двигателя и велит своему пассажиру крутить. Сам за рулём. У его щуплого товарища не хватает на это сил. Прекращают это бесполезное занятие. Здоровяк – водитель с гордостью оглядывает толпу, сажает за руль своего немощного друга, говорит: «Сматры как нада» и так яростно крутит ручку, что мотается вся кабина грузовика. Ни одной вспышки. Немного передохнув, опять крутит ручку. Результата нет. Останавливается. Вытирает пот и говорит другу: - Виключай зажигание. Тот растерянно: - А я нычего нэ включал! Опозорившийся здоровяк моментально осатанел и, выдернув "заводилку" из движка, кинулся к водительской двери. Перепуганый друг, с криком - я нэ выноват, пулей вылетел через правую дверь.
По вчерашнему рассказу - жалобе "Сергея лл" Вообще-то я очень люблю "котовских", но где попало их не подкармливаю и мочиться на коврики и тряпки перед дверью не позволяю никому. Итак, берём самый тоненький одинарный изолированный провод. Оголяем один конец сантиметров на 15 - 25 и раскладываем его под сухую тряпку - перед дверью. провод протягиваем в квартиру и второй конец вставляем в розетку в гнездо фазы. Если у вас нет индикатора, попросите его на минутку у владеца бессовестного котика. Второй провод не нужен и даже опасен. Сухая тряпка абсолютно безвредна, пока на неё не попадёт электролит, каковым является моча. Скажу из практики, что после одной процедуры, все любители мочиться где попало, обходят все подъездные коврики подальше. Летальных исходов не было. Но, понимаете, что если уборщица по незнанию, намочит ваш коврик, одним её визгом вам не отделаться.
Прочёл вчера, как мужик разговаривал на украинском... Детство моё прошло во дворе, где половина семей были армяне - потомки семей, бежавших в Россию во время турецкой резни. Жили все очень мирно и так прижились, что все русские в нашем дворе неплохо понимали армянскую речь, а уж армяне так обрусели... Часто соседки усаживались во дворе под огромным орехом и, болтая, занимались своими делами. Одна армянская бабуля стала торопить внука в школу. Моя бабушка спрашивает её - на каком языке, обычно, они разговаривают в семье, без посторонних. Та, с гордостью, отвечает, что с детьми и внуками говорит всегда только на армянском, чтобы не забывали родной язык. Причём, они в роду все говорят на чисто литературном армянском. В это время её внук, наконец, побежал в школу. Бабка привстала и кричит, вдогонку: - Ашот! СматрЫ, трамваИ падножкА на ходу челнЫс! Моя бабушка улыбается: - А сейчас ты внуку на каком языке кричала? Та, с удивлением: - Конечно на армянском!
Ну, помните старый анекдот, про рабочего оружейного завода, который много лет собирал дома швейную машинку из наворованных деталей, но у него, почему-то, всегда получался пулемёт? Так и русский народ - мучается, перебирает кандидатов, выбирает Госдуму, а получается только говно.
С 19 по 21 марта в Москве состоится Всероссийский форум ЖКХ на котором будет представлен первый образец прибора учета количества канализационной жидкости, разработанный в Инновационном центре «Сколково». Планируется, что в течении следующего года, такие счетчики будут установлены во всех квартирах на территории России.
Достались мне, когда-то, в наследство, от тётушки, настенные часы. Им лет пятьдесят. За все годы они остановились только один раз - в момент её смерти. Она была в больнице, а часы в пустой квартире. Чудеса! Сегодня прихожу домой, а часы стоят. Позвонил дочке, рассказал. - Может забыл подзавести? - спрашивает. - Точно знаю, что заводил. - Проверь пульс!
Собрался в парикмахерскую. Пришло в голову позвонить, предупредить о предстоящем визите. Телефон спросил в справочной службе. Накручиваю номер. Ответившей женщине скороговоркой сообщаю: - Девочки, будьте осторожны - к вам на оба зала отправились с проверкой. После этого отправился стричься. В этот раз стрижка была намного дешевле, чем обычно.
На воинские сборы в нашу армию призывали много всякого околоавиационного люда. С некоторыми приходилось «служить» вместе по нескольку раз и многие «запасные бойцы» друг друга хорошо знали. Знакомство с одним - сослуживцем имело, много лет спустя, забавное продолжение. Итак, однажды, начальник каких то очередных сборов, стал выяснять, кто из «партизан» на что способен. Этот опрос проводился в плане определения возможности оказания материальной или технической помощи авиаполку. Один из «партизан» - Женька Ершов, сообщил, что у него, электросварщика, есть крупные связи чуть ли не в министерстве чёрной металлургии и если его отпустят со сборов на недельку домой, то он организует пару вагончиков стальных труб прямо в адрес авиаполка. Причём по цене необогащённой руды. Это сладкое слово халява! Ершова не только отпускают домой, но и сами отправляют его «оказией» на полковом автобусе. Появился он через месяц и не моргнув глазом объяснил, что то ли у министра был понос, то ли у его первого зама золотуха, но, к сожалению, ничего не получилось. Ну что поделать? На нет и суда нет. Лет, эдак через двадцать в стране наступила пора вседозволенности, когда одни жулики ринулись в Чубайсы, Мавроди, Абрамовичи и во всякие, прочие олигархи, другие, масштабом поменьше, стали потомственными астрологами и целителями. И вот, однажды, в местной газете, среди различного рекламного хлама, вижу знакомое лицо. Моментально вспоминаю кто на фотографии – сварщик Ершов. Читаю текст – оказывается, Ершов Евгений Иванович (бывший «Главный по трубам» при министерстве чёрной металлургии), является потомственным целителем. Судя по рекламе, спектр возможностей вчерашнего электросварщика был настолько широк, что практически все известные человечеству болезни, становились излечимыми. Этот "потомственный" долгое время мелькал в каждом выпуске. Встречаюсь с другом стоматологом. Вовочка, в молодости летал в аэроклубе и мы с ним постоянно "переподготавливались" в Советской армии, и он тоже хорошо знал «Главного по трубам». И вот он мне рассказывает, что, на днях одна из его пациенток поведала о своих способностях, с помощью небесных сил, исцелять людей от любых болезней. Он поинтересовался - почему же она, обладая таким даром, сама себя не излечит от кариеса? Она надулась и с гордостью сообщила, что она ученица САМОГО Евгения Ивановича Ершова и у неё есть Диплом международного образца, выданный ей лично Учителем, и она достигла таких высот, что сама уже не лечит, а преподаёт на курсах исцеления.
Одна китайская мудрость гласит: - Кто знает своё дело - тот работает, кто работать не умеет – тот учит, как надо работать, а кто даже учить не может – тот учит, как надо учить. Ну и, для вящей убедительности, выдаёт самиздатовские "Дипломы международного образца".