Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
- Гарантирует ли государство право на свободу выражения своего мнения? - Конечно, как же иначе! Вот только свободу после выражения этого своего мнения - уже не гарантирует.
Кто такой загадочный актёр эпизодов Р.Хобуа в комедиях Данелии и почему он ни разу не появился в кадре?
Великий кинорежиссёр и сценарист Георгий Николаевич Данелия обладал великолепным чувством юмора. В его фильмах этот юмор проявлялся даже в малозаметных мелочах и коротких эпизодах.
Вы наверняка замечали, что любимый актёр Данелии – Евгений Леонов – в каждой картине мастера пел одну и ту же русскую народную песню про Марусеньку: «На речке, на речке, на том бережочке, мыла Марусенька белые ноги…».
Если я сейчас начну перечислять все эти фильмы и роли в них Леонова – вы устанете читать.
На самом деле речь в этой заметке пойдёт не о музыкальной шутке Данелии про Марусеньку и её сурового свёкра, а о другой его шутейной придумке – о человеке, обозначенном в титрах как актёр эпизода, но который ни разу не появился в кадре.
Итак, обратите внимание: - в комедийно-драматическом художественном фильме «Не горюй!» - в лидере проката 1975 года – трагикомедии «Афоня» - в душевной киноистории о грузинском лётчике Валико Мизандари «Мимино» - в шедевральной трагикомедии, снятой в жанре фантастической антиутопии «Кин-дза-дза!» - а также в других фильмах Данелии в титрах указан один и тот же человек – некий «Р.Хобуа»...
Странно и загадочно – ведь артистов с такой фамилией никогда не было в Советском Союзе! Более того, пусть даже не актёр, а самый простой человек по имени Р.Хобуа, который мог совершенно случайно попасть на съёмки эпизодов, никогда и ни в каких фильмах Данелии не снимался. Кто же этот таинственный и вездесущий Р.Хобуа?...
Оказывается, шутейная традиция указывать загадочное имя в титрах произошла из одного курьёзного случая.
Как-то раз Георгий Данелия на пару со сценаристом Резо Габриадзе проживал в одной из гостиниц Тбилиси. Два грузина писали киносценарий на русском языке. Специально обращаю ваше внимание на этот забавный факт, а вот почему – вы поймёте немного позже.
Во время ужина в гостиничном кафе Данелия и Габриадзе познакомились со скромным строителем из города Зугдиди. Слово за слово – и Георгий с Резо потащили своего нового приятеля в гостиничный номер для того, чтобы поделиться с ним своими творческими наработками.
Они пытались «испытать» на нём свой сценарий – им было интересно посмотреть, как простой рабочий человек из провинции отреагирует на их произведение: будет ли смеяться в смешных местах и грустить в грустных? Несколько часов кряду они читали ему свои тексты, на что строитель раз за разом восхищённо восклицал: – Гадасаревиа!... По-грузински это превосходнейшая, великолепнейшая степень похвалы, которая означает: так хорошо, что с ума сойти можно!
Кинодеятели радовались столь бурной реакции, ну раз народу зашло – значит и правда сценарий хороший – рассудили они. Короче говоря, все разошлись довольными.
На следующий день Данелии захотелось ещё разок послушать мнение народного «эксперта», благо новые сцены уже подоспели – и режиссёр со сценаристом опять пригласили строителя к себе в номер. Тот пришёл и… очень сильно огорчил творческих работников… помявшись, он признался, что плохо понимает по-русски – и поэтому он вообще не понял, о чём в сценарии идёт речь. Кинематографисты были ошеломлены: – Если не понимал, то зачем хвалил? Зачем восхищался? Зачем говорил «гадасаревиа»?
Человек из народа ответил: – Такие уважаемые люди написали! Конечно, гадасаревиа! Разве может быть по-другому?
После чего «эксперт», увидев, что невольно расстроил таких уважаемых людей, тихо ретировался. А Резо Габриадзе сказал Георгию Данелии: – Он столько с нами мучился, а мы ему даже спасибо не сказали. Давай запишем его имя в титрах, в эпизодах. Он посмотрит у себя в Зугдиди картину – и ему будет приятно!
Звали этого восхищённого строителя Рене Хобуа. С тех пор так и повелось, что в каждом фильме Данелии в эпизодах числился «Р.Хобуа».
Вот такая вот «фишка» великого мастера кино, наряду с песней про Марусеньку, моющую в речке белые ноги...
В Москве большое количество караоке клубов, в которых очень много плохо поющих людей, при этом после алко градуса еще и могут себя неприлично вести. И меня всегда удивляло терпение и даже поддержка публики таких "певцов", пока не узнал, что изобретателя караоке Дайсукэ Иноуэ наградили премией мира как человека, «открывшего людям новый способ учиться терпимости по отношению друг к другу».
Сняли два парня, Саша и Серёга, комнату в двухкомнатной квартире у двух бабулек. Причём комнаты - смежные. У пацанов - проходная комната, у старушек один выход из квартиры - через комнату постояльцев. Когда Саня с Серёгой приходят домой, то бабульки постоянно шастают через комнату парней, гремят кастрюлями... В общем, контролируют, чем там ребята занимаются. И в один прекрасный день (часов в 8 вечера) Серёга, придя с лекций, громко хлопает дверью (чтобы бабульки услышали, что квартиросъёмщики пришли) и говорит: "Девчонки, вы пока раздевайтесь и в кровать, а мы с Саньком в душик". На самом деле девчонок никаких не было, просто старушенции достали своими топаниями и грюканиями через их жилплощадь. Бабульки притихли и до 9 утра (когда парни ушли на лекции) не вылезали из своей комнаты.
Утро. Звонок в дверь Рабиновичей. Сара идёт открывать. На пороге стоит куча детишек мал-мала меньше с плакатиками "Здравствуй, папа!", на лицо все вылитый Изя Рабинович. Сара, обмирая: Изя, поди сюда! Это шо? Намыленный Изя выглядывает в коридор: Сарочка, не волнуйся! Я тебе всё объясню. Когда я был бедным, голодным студентом мне иногда, чтобы сводить тебя в кино, не хватало денег. Сара: Ну? Изя: Так я ходил делал вклады в банк спермы. Сара: И... Рабинович: Вот проценты и набежали.
Для того, чтобы сделать из мухи слона, надо оборвать ей крылья и две лапки. Хоботок у неё уже есть. Правда, слон получится небольшой, но зато с очень выразительными глазами.
Эту историю мне рассказала одна крутая и заслуженная программистка в те времена, когда они уже сидели за клавиатурами IBM PC, но всё ещё ходили на работе в белых халатах. Участвуя во всесоюзной конференции, она попала на доклад с любопытным и полезным названием наподобие "Практика эффективного использования перфокарт в нашем ВЦ". Свою речь выступающий начал с того, что решительно, в пух и прах, разнёс привычку некоторых плохих и несознательных программистов писать комментарии. В самом деле: смысла в этом никакого нет, каждый программист знает, что и зачем он писал, хороший код понятен и без дополнительных пояснений, есть подробные описание алгоритмов, есть документация, а эти гадские комментарии только ухудшают, запутывают и должны быть ликвидированы решительно и полностью, как класс капиталистов, который их и придумал. На эту речь со всеми подробностями он потратил почти полчаса, и только после этого, отдышавшись, вытерев вспотевший лоб с переходом на лысину и выхлебав пол-графина воды, перешёл к сути доклада.
Строчки в программах - и на Фортране, и тем более на ассемблере - довольно короткие. Менее сорока символов. Поэтому если срезать у колоды второй угол, на одной и той же колоде можно пробить две программы: одну - сюда, по левой половине карточки, другую - обратно, по правой. Вот только комментарии, суки, мешают!
Горячие споры идут о том, какой дом самый долговечный. Так вот... Самый долговечный дом - это пещера. И похоже, у некоторых из нас шансы на такое новоселье растут день ото дня. Всем остальным повезет гораздо меньше...